акты терроризма

Мусульмане из Узбекистана живут в страхе после теракта в Нью-Йорке

Прибывшие в город мусульмане, о которых мало что известно, являются постоянно растущим сообществом, которое уже испытывает негативную реакцию.
Cyclists ride past a sign from law enforcement agencies seeking for information on October 31 terror in New York, on November 2, 2017. Photo by Jewel Samad/AFP/Getty Images

Как и многие жители Нью-Йорка, 25-летняя Ситора Ашрафова почувствовала беспокойство, когда в среду утром её пятилетний сын садился в свой школьный автобус в Бруклине. Прошло меньше суток с тех пор, как мужчина проехал грузовиком по занятой велосипедной дорожке до того, как врезаться в школьный автобус в Нижнем Манхэттене, и убив при этом восемь человек и ранив еще десяток. Федеральные власти назвали это террористическим актом.

Реклама

«Страшно подумать – мы каждый день садим наших детей в школьный автобус», – сказала она. «Я лично шла по этой дорожке на прошлой неделе. Мой брат работает в финансовом квартале, и каждый день он припарковует там свой автомобиль».

Однако в результате нападения и федеральных обвинений против Сайфулло Сайпова, предполагаемого преступника с исламскими корнями и родом из Узбекистана, мусульманские нью-йоркцы, такие как она, также очень опасаются репрессий. Согласно статистическим данным, предоставленным VICE Департаментом полиции Нью-Йорка (NYPD), с 2015 по 2016 год в городе число антимусульманских преступлений на почве ненависти возросло почти на 50%, а в 2017 году по состоянию на 22 октября это число уже соответствовало прошлогоднему показателю. В ответ, даже до нападения, которое произошло во вторник, мусульманские организации возобновили свои охотничьи игры с межконфессиональной молитвенной ночной службой, второй этап занятий по самообороне для мусульманских женщин, а также возобновили усилия, чтобы сообщить о предполагаемых преступлениях.

Ситуацию усложняет кровопролитие и последовавшая затем злоба, которая существует в Белом Доме.



«Разумеется, всякий раз, когда что-то подобное происходит, первая мысль в мусульманской общине – пожалуйста, только не мусульманин, или кто-то другой, утверждающий, что он мусульманин», – отметил лейтенант Адиэль Рана, президент Общества полицейских-мусульманов Департамента полиции Нью-Йорка. «Такой страх возникает у людей сразу после того, как стало известно об ужасной атаке, а потом, как были устранены последствия произошедшего, появился ещё больший страх».

Реклама

Адиэль Рана и другие утверждали, что мусульмане Нью-Йорка являются выносливыми и настойчивыми, и, хотя многие могут быть встревоженными, данная община работает как хорошо смазанный механизм в этих случаях отчасти благодаря сильным межконфессиональным связям и тесным отношениям с Отделом по борьбе с преступностью на почве ненависти Департамента полиции Нью-Йорка. Но для Ситоры Ашрафовой и для около 18 тысяч других узбекских иммигрантов, которые, по оценкам, живут в Бруклине, гнев на почве неприязни к приверженцам ислама стал относительно новой угрозой, а также инструментом борьбы с пугающей неизвестностью.

«Узбекское общество не привыкло характеризировать себя как мусульмане в Америке», - заявил лидер иммигрантов. «Они практикуют ислам в той или иной форме, однако не одеваются консервативно - 95% узбекской общины не одеваются консервативно». (Также стоит отметить, что в этом нью-йоркском сообществе отнюдь не только мусульманине).

«Тот, кто нас не знает, – Ашрафова отметила – думает, что мы похожи на русских».

Узбекские мусульмане в Нью-Йорке. Фото с любезностью предоставила Ситора Ашрафова.

Из-за нападения, которое произошло во вторник, эти иллюзии были разбиты. Сабина, 21-летний будущий юрист из Кони-Айленда, которая, опасаясь репрессий, попросила VICE не использовать ее фамилию, заявила, что проснулась в среду утром, чтобы посмотреть видеоролики анти-узбекских граффити, которые были сделаны в квартире друга на Кропси-авеню около района Бенсонхерсте.

Они написали: «Возвращайтесь в свою страну», – сказала она в среду. «Надпись была на стене на её этаже. Стрелка указывала на квартиру, где живет узбекская семья, прямо напротив её квартиры, в её доме, внутри её здания, на её этаже».

Реклама

«Мы видим призывы: «Узбеки, отправляйтесь домой», и это печально для нашего общества», – добавила Ашрафова. «Наши дети – американские граждане. В настоящее время они даже не знают, что такое Узбекистан».

По ее словам, ирония заключается в том, что до вторника мало кто из американцев и, если на то пошло, немногих жителей Нью-Йорка много знал о её стране. Даже мусульманские организации города едва знакомы с узбеками. (Саипов, обвиняемый террорист, прибыл из Тампы и Нью-Джерси.)

«Наша главная цель состоит в эффективной реакции на любые инциденты, происходящие на почве предубеждений, включая любые преступления на почве ненависти, которые четко прослеживались после нападения», – отметил Альберт Фокс Кан, директор по правовым вопросам Совета по американо-исламским отношениям в Нью-Йорке (CAIR). «Мы уже советовали членам сообщества сообщать нам о любых замеченных инцидентах».

Однако Совет по американо-исламским отношениям исторически не имел прямого контакта с узбекскими мусульманами Бруклина, сказал он. Пресс-секретарь сказала, что сеть Мусульманской общины не имеет так много связей. И хотя в городе есть десятки других мусульманских организаций с большой зоной обслуживания, по словам Раны, лейтенанта полиции, большинство узбекских иммигрантов настолько новые, что даже широко известный Департамент полиции Нью-Йорка ещё не принял их.

«Узбекская община очень новая для Америки», - объяснил он.

Реклама

Насколько новая? Согласно отчету Министерства образования Нью-Йорка за 2016 год, более 2300 узбекских иммигрантов изучали английский язык в государственных школах Бруклина, что сделало их третьей по величине группой иммигрантов, после мигрантов из Доминиканской Республики и Китая. Как говорится в докладе, хотя многие дети из числа узбекских иммигрантов говорят по-русски, почти тысячи из тех, кто разговаривал по-узбекски дома, провели менее трех лет в местных школах, а более 20% из них проживали в Районе 21, расположенном в самом низу Бруклина.

Как и Саипов, многие узбекские мусульмане из Бруклина прибыли в течение последнего десятилетия через так называемую многоплановую лотерею, о которой президент Трамп написал в среду в пятницу, что будет стремиться закрыть ее.

«Ужесточение иммиграционных законов – это идеальный повод сделать это, однако запрет на лотерею по этой причине не имеет большого смысла», – сказала Ашрафова. «Один проблемный человек не представляет весь народ».

Что касается преследования, узбеки полагают, что их родственникам нужно смириться с этим, поскольку, по словам Раны, большинству нью-йоркских мусульман уже много лет это удавалось: Мыть, смыть и повторить при необходимости.

«Я уверена, что такие вещи будут всё чаще случаться, но вы, вероятно, никогда не услышите наши сообщения», – отметила Сабина, студентка, обеспокоенная возможными преступлениями на почве ненависти. «Теперь мы действительно напуганы».

Следите за сообщениями Сони Шарп на Twitter.