криминальные истории

Странная жестокая связь российских тюремных наколок и карточной игрой

«На кону могли быть чай или сигареты, а ещё пальцы, уши, глаза и даже жизни других заключённых, или жизнь самого игрока».

от Алекс Норсия
29 ноября 2018, 4:15pm

All photos courtesy of FUEL

В рамках исследования для своей главной роли в фильме Дэвида Кроненберга «Восточные обещания» 2007 года, Вигго Мортенсен послал режиссёру многотомную книгу «Российские криминальные наколки» – сборник тюремного боди-арта, созданный лондонской компанией графического дизайна и издательством «FUEL». Мортенсен пролистал страницы, потому что знал, что будет играть начинающего гангстера по имени Николай в российском иммиграционном преступном мире Лондона, что чернила его персонажа расскажут его историю – в какой тюрьме он сидел, каким преступником был, в каких драках побеждал, какие проигрывал. Русские тюремные наколки, в конце концов, - это разновидность секретного языка.

В самой известной сцене фильма, когда Николай проводит встречу в бане, курдский сообщник говорит, что Семён – старый глава русской мафии, часто «советует проводить деловые встречи в бане, потому что там видно, какие наколки есть у человека». Когда двое убийц пытаются убить Николая, он им противостоит, будучи голым, и вид рисунков на его теле становится дополнением к ужасу неудавшегося убийства. Мортенсен настаивал на том, чтобы он был голым; он изучил наколки.

Теперь люди, стоявшие за источником Мортенсена, выпустили фотокнигу «Русские криминальные наколки и карточная игра» автора Аркадия Бронникова. Судя по названию, это книга об интимной пересекающейся истории наколок и игры в карты в тюрьмах советской эпохи. Фотографии также дают представление о затерянной культуре и жизни за решёткой в старом СССР, где простая игра могла повесить на вас чужую смерть, или же могла стоить вам глаза.

VICE встретился с Дэймоном Муррэем, одним из основателей FUEL, чтобы узнать об связи этих наколок с игрой в карты, о том как их делали, что стояло на кону, если преступник русской тюрьмы играл в тюрьме, и почему эта культура прошла.

1539106919155-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p65

VICE: Как и зачем, на самом деле, были созданы эти игральные карты?

Дэймон Муррэй: Игра в карты и изготовление карт в советских тюрьмах и на «зоне», исправительных трудовых лагерях, были запрещены. Если находили карту (или того хуже – целую колоду), следовало суровое наказание: игра в карты приравнивалось к игнорированию руководства, употреблению алкоголя или наркотиков, и, как правило, наказанием было шесть месяцев в камере-одиночке. Но такие наказания не отбивали охоту у заключённых играть в карты.

Сами карты должны были изготавливаться тайно с нуля. Этот высококвалифицированный процесс начинался со склеивания двух листков клеем из жёванного тюремного хлеба, пропущенного через бельё. Потом эти склеенные листы сплющивали под стеклом до высыхания, а потом разрезали по размеру.

1539107372994-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p223

Следующим этапом было нанесение узора по трафарету. Это было первой возможностью их пометить, чтобы владелец потом мог их «читать». Владелец оговаривал предпочитаемый тип трафарета и краски. Сажа использовалась в основном для чёрного цвета, а смесь крови и хлебного клея для красного. (Предпочтение отдавали крови, потому что при высыхании она становилась темнее, чем другие виды тюремных чернил). Целью было сделать так, чтобы сопернику было сложно понять карты. Также текстуру можно было потом добавить в чернила, чтобы владелец карты мог знать номинал до того, как нужно было её перевернуть. Потом на заднюю часть карты также наносился узор. После того, как колода высыхала, карты раскладывались веером, их края заострялись куском стекла. Благодаря этому на краю каждой карты появлялось место для раскраски, и на них практически незаметно владелец мог делать особые отметки.

1539107132332-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p113

Что было на кону в играх – на что в действительности люди играли?

Обычно ставки и способ оплаты оговаривали до игры. На кону могли быть чай или сигареты, а ещё пальцы, уши, глаза и даже жизни других заключённых или жизнь самого игрока. Преступники, играющие в карты на части тела, таким образом демонстрировали силу своего духа, браваду и беспощадность. Когда вор проигрывал, платить нужно было незамедлительно. Если он отказывался, на него вешался ярлык «сука» и его подрезали. В одном случае преступник, который проиграл левую руку в карты, не давал её отрезать и попытался бежать. Руководство его поймало и перевело в другую тюрьму, но его судьба была предопределена. Пока его не было, «сходка» (собрание воров в законе) приговорила его. Преступники узнали, куда его отправили, и организовали исполнение приговора.

1539185680715-1539107342872-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p209

Что, в конце концов, означали эти наколки в российских тюрьмах – говорили ли они о принадлежность к банде, рассказывали историю, отмечали жизненные события? Всё сразу?

Наколки из этой книги практически не существуют сегодня в такой форме. Другими словами, они не имеют того значения, потому что наказания, которые делают их «ценными», больше не применяются. В советское время тело вора в наколках показывало его статус в мире воров. Наколки «воров в законе» имели ту же функцию, что и полноценная униформа, покрытая регалиями, украшениями, значками рангов и отличий. На воровском жаргоне традиционный набор наколок был известен как «фрак с орденами». Эти наколки сообщали секретную символическую информацию, которая, на первый взгляд, всем казалась понятной – голая женщина, дьявол, горящая свеча и так далее.

1539107153490-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p126

Эти рисунки воплощали весь послужной список вора, его полную биографию. Они рассказывали о его достижениях и поражениях, его повышениях и понижениях в должностях. Они рассказывали «правду» о заключённом. Они были его паспортом и досье, ключом, чтобы выжить. Когда обычный заключённый попадал в общую массу тюремщиков, он быстро понимал, кто там был главным. Дальше он копировал его наколки и манеры, чтобы повысить свой статус. Для самозащиты ему надо было показать, что он особенный, опытный, смелый и закалённый человек.

Вопросом, который задавали воры в законе новоприбывшему, было: «Ты отвечаешь за свои наколки?» Если наколки не отображали его ранг, заключенного заставляли вырезать их ножом, наждачной бумагой, куском стекла или кирпича. Его били, насиловали или убивали. В мире воров человек без наколок не имел социального статуса.

А как дополняют карты эту тёмную символическую структуру, о которой мы уже знаем?

Группы заключённых принадлежали к разным «мастям», и эти карточные символы были представлены соответствующими наколками. Самыми благородными картами были король треф и пик. Главными символами вора в законе были трефы и пики. Красные масти, наоборот, были наименее благородными. Стукачи принадлежали к «дружественной» масти, представленной бубной, а символ червы превращал владельца в «женщину» на зоне. Оба эти символа наносили силой, лишая владельца статуса, что приводило к жестокому обращению. Эти знаки служили для утверждения власти воров, служили предупреждением для остального тюремного населения. Если другие заключённые с ними связывались, их собственный статус «понижался».

1539107241103-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p99

Аллегорические рисунки использовались в языке наколок для передачи сообщений о владельце. Например, изображение полового акта наносилось на тело вора, который не смог оплатить долг по картам. Эти наколки были наказанием. В то же время, вор, который был карточным шулером, мог иметь символы треф, пик, бубен, черв на костяшках пальцев. На русском первые буквы любой масти содержат фразу «Когда выйду, буду человеком», подтверждая намерение вора следовать криминальному пути.

Как смог Бронников, бывший эксперт по криминалистике Министерства внутренних дел СССР, чьи роботы составляют большую часть вашей коллекции, и который является автором вашей книги, собрать столько фотографий с наколками?

Частью его обязанностей было посещать исправительные учреждения на Урале и в Сибири. Там он проводил интервью, собирал информацию и фотографировал осуждённых и их наколки, собирая один из самых полных архивов этого явления. Эти материалы собирались исключительно для милиции, с целью сформировать понимание языка наколок преступников.

1539107260364-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p175

Но, тем не менее, эти карты не из коллекции Бронникова, а собирались FUEL последние десять лет. Из-за того, что их изымали и уничтожали администрации тюрем, настоящие колоды достать трудно, часто они неполные. Обычно оригинал имеет небольшой размер и толщину пачки сигарет «Прима». Такие пачки сигарет часто использовались для хранения карт, потому что служили идеальной маскировкой.

1539107278075-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p178

Изменилась ли культура наколок и карт в российских тюрьмах после падения Советского Союза? Я имею ввиду: такие вещи всё ещё происходят?

Чтобы дать исчерпывающий ответ на этот вопрос, нужно вернуться в 1950-е, когда воровской кодекс (свод правил или договорённостей, по которым они жили) был самым строгим. В том время наказанием за наколку, которая не была заработана, было избиение, изнасилование или даже смерть. К концу 1960-х такая жестокая кара обернулась против воров в законе. Было так много опущенных заключенных (заключённых, которых понизили в статусе путём изнасилования), что власти использовали их как оружие против воров в законе, которых кидали в камеры, населённые их же жертвами.

В конце концов, совет воров принял правило «наказывать без члена», которым запрещалось понижать (насиловать) заключённых. Это привело к тому, что напряжение спало, и наказание за ношение незаконных наколок исчезло. Мода на наколки пронеслась тюрьмами для несовершеннолетних, в которых заключённые покрывали себя всевозможными рисунками и надписями, в том числе и наколками воровских знаков. Понимая, что невозможно применять законы по отношению к молодёжи, которая была в восторге от них, воры сдались и позволили свободно делать любые наколки.

1539107294489-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p123

С приходом «перестройки» Михаила Горбачёва по России открылось множество тату-салонов, и количество заключённых с наколками значительно увеличилось. Наркотики также имели влияние на традиции наколок в тюрьмах, позволяя заключённым, задействованным в этой прибыльной торговле, покупать любые наколки.

1539107407968-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p205

Современные российские преступники реже наносят наколки. Ранее такие отметки служили знаком, что их владелец принадлежал к определённой касте воров и придерживался воровского кодекса, но сегодня они служат методом идентификации полицией и препятствием на пути в деловой мир, куда стремится попасть современный российский преступник. С таким количеством тату-салонов найти настоящие тюремные наколки сложно. Татуировки современных российских преступников чаще делаются в профессиональных салонах и имеют личное значение, а не являются частью строгого кодекса, который могут понимать другие.

1539107315723-Russian-Criminal-Tattoos-and-Playing-Cards-p153

Следите за новостями Алекса Норсия в Twitter.

Эта статья первоначально появилась на VICE US.