психическое здоровье

У трети студенток-спортсменок проблемы с психическим здоровьем

«Кажется, будто сначала она была счастлива, на следующий день – грустна, а после этого исчезла».
30 августа 2017, 11:00pm

«Из-за депрессии я чувствовала себя недостойной начинать игру на поле», – говорит 22-летняя Жаклин Олексак. Олексак более трёх лет играла в софтбол в Стоунхилл-колледже в Массачусетсе, а затем ушла из команды и перешла в Университет Хофстра в Нью-Йорке. «Из-за неё я стала чувствовать себя так, как будто подвожу свою команду всякий раз, когда хоть раз ошибаюсь, даже на тренировках. Самооценка у меня из-за этого страшно снизилась», – говорит она.

Олексак – студентка-спортсменка, которая борется с психическим расстройством, а таких как она становится всё больше. По данным одного исследования 2016 года, около 30 процентов опрошенных студенток-спортсменок демонстрировали признаки депрессии, в то время как среди их коллег мужского пола таких было всего 18 процентов. В самой высокой степени демонстрировали симптомы бегуньи – новая книга, «What Made Maddy Run» («От чего бежала Мэдди») авторства Кейт Фэган с ESPN, рассматривает это прискорбное явление на примере 19-летней Мэдисон Холлеран.

Бегунья из Пенсильванского университета блестяще вошла в спорт на первом курсе. Холлеран была сообразительна, дружелюбна, обладала сильной опорной системой и завидным спортивным мастерством. Хотя её родные знали, что ей нелегко давалось превращение из местечковой звезды футбола в спортивную звезду первого эшелона, когда она покончила с собой в 2014 году, они были шокированы. Сестра Холлеран, Карли, рассказала Фэган в 2015 году: «В случае Мэдисон кажется, будто сначала она была счастлива, на следующий день – грустна, а после этого исчезла».

Как рассказывает Фэган (которая воспользовалась текстами и электронными письмами молодой спортсменки, чтобы сделать голос Холлеран в книге более ярким), никто не знает наверняка, когда всё изменилось для этой 18-летней девушки, которую друзья описывали как задумчивую, весёлую и живую. Однако что-то действительно изменилось, и это начало происходить после того, как Холлеран погрузилась в исполненный рисков мир спорта первого дивизиона Лиги плюща (с 2013 года в Пенсильванском университете покончили с собой 12 студентов).

Она уже не бегала забавы ради или в качестве периодического дополнения к любви всей своей жизни – футболу. Теперь она соревновалась в беге в освящённом традициями учреждениями, что сопровождалось всевозможным давлением. «Одно из самых больших заблуждений о студентах-спортсменах заключается в том, что они будто бы живут в тепличных условиях или «разбалованы», будто бы из-за того, что многие из них получают стипендию, у них есть незаслуженные привилегии», – говорит Дениз Квок, руководительница учебно-методического отдела для студентов-спортсменов Университета Южной Калифорнии.

Реальность сильно отличается. Хотя такие студенты-спортсмены, как Холлеран, и могут пользоваться некой ограниченной славой, они нередко страшно разрываются на части, с трудом пытаясь сохранять блестящую успеваемость одновременно с изнурительной физической подготовкой. «Даже когда мозгу нужен перерыв, спорт не останавливается вообще, – говорит Олексак. – [В университетском спорте] нет такого понятия, как… день психического здоровья. Мы должны иметь способность совмещать занятия спортом, учёбу и социальную жизнь, а это ужасно сложно. Если добавить психическое заболевание, то [становится] ещё труднее».

Холлеран демонстрировала признаки сильного стресса, совмещая спорт с учёбой, а когда её эмоциональное состояние стало менее стабильным, делать это стало труднее. Фэган рассказывает, что Холлеран, когда закончился её первый семестр в университете, сказала почти всем, кого знала, что больше не хочет бегать в этом университете. Холлеран, которая также любила писательство и изобразительное искусство, подумывала о переходе в Лихайский университет.

Решив, наконец, уйти из бега, она зачитала откровенное письмо своему тренеру: «Мне кажется, будто я очень глубоко зарылась и… выбраться обратно невозможно. Я долго и напряжённо думала об этом, и мне кажется, что мне просто нужно взять академотпуск на семестр, чтобы понять, чего я действительно хочу от жизни и кто я такая на самом деле». Выслушав письмо Холлеран, её тренер предложил работать с ней более медленно, если она подумает о том, чтобы остаться. Она согласилась попробовать, но вскоре после начала второго семестра покончила с собой.

Фэган знакомы по крайней мере некоторые из проблем Холлеран; она признаётся, что «была очень похожа на Мэдди», когда играла в баскетбол в 1999-2004 годах в Колорадском университете в Боулдере. Хотя Фэган и не боролась с клиническим психическим заболеванием, она, тем не менее, подумывала об уходе из команды из-за неожиданно возникшего давления на неё. «Я была готова уйти и переехать домой», – вспоминает она. Это особенно сложно, когда все вокруг вас как будто ждут, что вы не только справитесь с постоянным стрессом, но и сделаете это молча и с улыбкой.

Психическая стойкость – часть традиционного менталитета в университетском спорте, говорит Олексак и отмечает: «С приходом психического заболевания студенты-спортсмены [могут] с меньшей вероятностью заявлять о нём открыто или обращаться за помощью». Это нежелание она объясняет ложным представлением о том, что «раз мы спортсмены, мы можем преодолеть что угодно».

Бекка Мартин, которая перенесла слабо выраженную депрессию, играя в лакросс в пенсильванском Университете Эдинборо (она выпустилась в 2016 году), согласна с этим и вспоминает распространённое представление о том, что «на тренировке всё остальное не имеет значения». Это мышление было не только трудно принять (спортсмены тоже люди) – оно также было потенциально вредно для игроков, уже имеющих проблемы с психическим здоровьем. «Надо делать вид, будто этого не существует. Нельзя брать выходные, а если берёшь, тебе… вставят по первое число», – говорит она.

Неясно, по какой именно причине спортсменки как бы более восприимчивы к психическим заболеваниям, чем мужчины. Фэган говорит: «Во всех моих материалах трудно найти прямую причинно-следственную связь». Но Патрисия Аллен, психолог-консультант и генеральный директор по медицинскому обслуживанию Summit Behavioral Health, говорит: «На мой взгляд, очень многие спортсменки пытаются добиваться достижений иначе. От них больше требуют быть сильными, успешными, конкурентоспособными, здоровыми и стойкими».

У этих девушек могут быть и другие сложности, к примеру, проблемы с образом тела. Хотя статистические исследования по-разному характеризуют распространённость расстройств пищевого поведения среди студентов-спортсменов, по данным одного исследования 2015 года, спортсменки из числа студенток склонны к более высокому риску проблем едой «примерно на 14-19 процентов по сравнению со своими коллегами-юношами». Аллен также утверждает, что студентки-спортсменки часто становятся жертвами расстройства под названием «женская спортивная триада», которую Национальный центр исследования здоровья характеризует как «взаимосвязь между менструальной дисфункцией, дефицитом калорийности и пониженной минеральной плотностью костей».

А ещё есть известность и всё, что ожидается от спортсменки, когда она становится известной и популярной. Холлеран вела активную деятельность в Интернете; из череды её радостных фото складывалась нарезка кадров, на которых она смеялась, соревновалась и играла с друзьями. Уникальное требование социальных сетей, состоящее в том, что жизнь всегда должна быть идеальной, может оказывать ещё большее давление на молодых спортсменов, которые уже могут быть, как говорится, ходить по краю. «Постоянное давление социальных сетей, техники и желание [общественности] всё знать, быть в курсе дела, особенно в случае более известных спортсменов, является источником трудностей, – говорит Квок. – Студенты живут в центре внимания, к которому не всегда бывают готовы».

Согласно статистике NCAA, суицид – третья по распространённости причина смерти студентов-спортсменов, и это не осталось незамеченным организацией. В 2013 году главный врач NCAA объявил психическое здоровье основным приоритетом организации, и с тех пор университеты по всей стране более усердно пытаются расширить свою поддержку студентов-спортсменов. В Университете Южной Калифорнии Квок заявляет: «Мы назначаем группу из четырёх лицензированных психологов, работающих на постоянной основе и специально обученных [работе] с охраной психического здоровья наших спортсменов и их проблемами с производительностью». Вуз также работает с психиатром, единственной обязанностью которого является помощь местным спортсменам.

Впрочем, для молодых спортсменок, которые всё равно оказываются в тумане психических заболеваний, это ежедневный бой, победить в котором нелегко. «Люди, как правило, не осознают, что психическое заболевание – это не выбор, – говорит Олексак. – «Позитивным мышлением» или попытками больше улыбаться не вылечишь депрессию или тревожность. Это гораздо глубже и сложнее».

Далее прочтите это: Каково это – совершить каминг-аут, будучи футболистом-геем