FYI.

This story is over 5 years old.

еда

Траппистские монахи пытаются спасти умирающую кофейную промышленность Венесуэлы

Монахи, который живут и обжаривают кофе-бобы в Католическом Траппистском монастыре в горах над городом Мерида, сталкиваются в дефицитом многих продуктов, как и многие жители Венесуэлы. Но им всё-таки как-то удаётся выживать и сохранять древние традиции...
24.3.15

Брат Хуан проводит для меня экскурсию по кофейной ферме, параллельно он пишет сообщение своему молочнику. Он заказывает 20 литров молока на чёрном рынке молочных продуктов, потому что даже в изолированном Римско-католическом траппистском монастыре в горах над Меридой (Венесуэла) здешние десять монахов живут точно так же как и большинство венесуэльцев. Когда им что-то нужно, лучше знать «правильных» людей, которые всегда готовы помочь быстро и с наименьшими затратами достать нужный продукт или вещь.

До недавнего времени, когда речь шла о кофе, Хуан и монахи были важными людьми в этом вопросе. Я нашла их кофе на рынке в Мериде тогда, когда там был дефицит всего, кроме растворимого вида кофе. Я заплатила 135 венесуэльских боливаров (BSF) – это примерно 21,25 долларов США за 250 грамм, в то время как 1 килограмм кофе, субсидируемого государством, стоит 7 боливаров (BSF) – это около 1,10 долларов США, но в наличии он бывает не всегда. Как жители страны, которая когда-то экспортировали кофе, на подобии Колумбии, Коста-Рики и Танзании, монахи монастыря Трапенс продолжают покупать, выращивать, обжаривать, упаковывать и продавать высококачественные венесуэльские кофе-бобы, в то время как внутреннее производство резко падает.

Когда бывший президент Венесуэлы Уго Чавес ввёл систему регулирования цен на основные товары, такие как кофе, он национализировал крупнейшие кофейни, создав тем самым несколько брендов с льготным доступом к кофе-бобам по ценам, справедливым по мнению правительства. Многие фермеры продавали государству в убыток себе и, как следствие, сократили производство или вышли из дела. Мелкие производители, такие как монахи, защищены от национализации, поскольку они считаются «кустарными» производителями, но им часто приходится конкурировать с абсурдно низким представлением правительства о том, во сколько обходится выращивание кофе.

«Правительство говорит, что весь зелёный кофе должен стоить 150 боливаров за килограмм», говорит Хуан, «но мы покупаем его у наших соседей за 170. Но для государственных органов это не имеет значения, нам не разрешают взимать с потребителя на 20 боливаров больше». Высокая цена их кофе возникает из-за расходов на оплату труда по сбору урожая и обжаривания (они нанимают местных жителей для помощи), упаковки, которая приходит из Колумбии, и расфасовки. Сами монахи выращивают 10 процентов зелёного кофе, который они продают, а оставшиеся 90 процентов покупают у соседних фермеров, чтобы обжарить и упаковать как Монастырский Кофе (CafédelMonasterio).

Согласно правилам траппистских монахов, они должны работать по 4-8 часов в день, чтобы профинансировать своё существование. Популярное бельгийское пиво Chimay варят траппистские монахи на юге Бельгии; сыр Munsterбыл создан в траппистском монастыре в городке Мюнстер во Франции; а в нескольких часах езды от Мериды, возле города Баркисимето, сообщество траппистских монахинь производят сухие макароны для пасты.

С каждым месяцем становится всё сложнее производить кофе.

«Мы были без кофе-бобов последние шесть недель», говорит мне Хуан. «До этого мы работали только на 20 процентов нашей производительности. Мы не можем найти достаточно бобов, чтобы купить у других фермеров».

Реклама

Что ещё хуже: кофе-фермы в этом регионе Анд пострадали от кофейного жука, который убивает их растения и которого трудно остановить или предотвратить без применения пестицидов, которые не доступны в Венесуэле.

В прошлом году на монастырь Трапенс напал жук, и они обратились за помощью к знакомому парню в АгроПатрия, управляемую государством агрохимическую компанию. После нескольких недель, они получили нужные химикаты, но по отдельному заявлению согласно специальной процедуре, говорит Хуан: «Химикаты были как вода».

Генри Араке, местный фермер, который работает с монахами, говорит: «Если вы выращиваете кофе, у вас бывают очень урожайные года. Этот год очень урожайный, но мы ушли в минус».

Кофе был хлебом и маслом монастыря в течение 18 лет. Обеспокоенные ухудшением ситуации, монахи обратились в несколько государственных учреждений Венесуэлы, чтобы попросить помощи в поиске кофе-бобов.

«Мы пошли в офис Министерства сельского хозяйства в Мериде и рассказали о нашей ситуации. Они дали нам номер телефона депозитария, у которого могут быть зелёные бобы в Трухильо», говорит Хуан.

«Мы пошли на завод, а там была просто группа людей, расфасовывающая бобы B-класса из Никарагуа. Мы не можем продавать этот кофе, как кофе для гурманов».

Хуан говорит, что, когда они сообщили об этом Министерству сельского хозяйства, им сказали, чтобы они искали бобы на чёрном рынке. Одно дело покупать молоко из-под прилавка, но покупать и продавать незаконные кофе-бобы – это большой риск.

Реклама

«И мы сказали им:«Вы понимаете, что то, что вы нам предлагаете, может закончится тюрьмой?», говорит Хуан.

Делая ещё один сильный удар по мелким производителям страны, действующий президент Николас Мадуро запретил весь экспорт венесуэльского кофе в августе прошлого года, принуждая всех конкурировать с государством на условиях государства, или продавать нелегально в Колумбию, который потом перепродаётся как колумбийский кофе.

До запрета на экспорт кофе монастырь Трапенс отправлял на продажу в США по 150 килограммов кофе в неделю, им даже это сходило с рук спустя некоторое время после запрета, но длилось это недолго. После того, как корабль с их последней партией покинул порт, с ними связался глава Национальной гвардии и сказал, что это был последний раз. Больше их кофе не покинет Венесуэлу.

«Мы не можем экспортировать кофе. Экспорта из Венесуэлы нет», говорит Хуан.

Впервые за всё время ожидается, что в этом году Венесуэла импортирует больше кофе, чем она сможет произвести. Большинство иностранных бобов поступают из Никарагуа в обмен на дешёвую нефть по Венесуэльской программе Petrocaribe.

Хуан говорит, что, когда другие мелкие производители не смогут достать нужные бобы, некоторые из них будут использовать сомнительные наполнители.

«Среди нас есть производители кофе, которые разбавляют свой жареный, молотый кофе кукурузой», говорит он. Своим отказом опускаться до таких мер, монахи пытаются добиться от правительства помощи в доступе к качественным венесуэльским кофе-бобам.

Когда я вернулась на рынок в Мериде через неделю, я нашла только одного продавца с одним 250 граммовым пакетом Монастырского Кофе. Когда я спросила женщину, сколько это будет стоить, она сказала мне, что не может его продать. Её поставщики ничего не поставляли уже длительное время, и она не знает, когда они привезут следующую партию.