Если вы на этих выходных отправляетесь в кино и не собираетесь идти на «Звёздные войны: Изгой Один», вы, возможно, желаете посмотреть «Призрачную красоту» – если вы, конечно, не читали отзывов. «[Это] похоже на сатиру, – написал Игнатий Вишневецкий из A.V. Club о слезовыжималке с Уиллом Смитом в главной роли, рассказывающей о скорбящем рекламщике, которого посещают олицетворения таких абстрактных понятий, как «Смерть» и «Время». В упоительно жёлчном отзыве Алан Шерштуль из «The Village Voice» предполагает, что люди, слышащие о самом по себе существовании фильма, непременно выражают крайнее удивление из-за того, что это «реальный фильм, действительно показанный в американских кинотеатрах»; Джастин Чан из «Los Angeles Times» обещает, что «Призрачная красота» «просто достаточно плоха, что на самом деле начинает хотеться, чтобы она была хуже».
Будет ли это фильм с самыми худшими отзывами за праздничный сезон, покажет время: ранние отзывы на космическую любовную историю с Крисом Прэттом и Дженнифер Лоуренс «Пассажиры», кажется, составляют ему хорошую конкуренцию. С другой стороны, при просмотре «Призрачной красоты» явно не повеселишься как следует. Понятие «веселье» в данном случае особенно важно, так как «веселье» некогда определяло карьеру Уилла Смита: от «Плохих парней» 1995 года до «Правил съёма: Метод Хитча» 2005 года он практически не имел конкурентов как первоклассный, харизматичный артист. Даже небольшая череда фильмов, явно и без самоиронии напрашивающихся на «Оскары» (один относительно успешный в исполнении – «Али» 2001 года – и один не очень – вышедшая в предыдущем году «Легенда Багера Ванса»), не смогла навредить его репутации суперзвезды многозальных кинотеатров для массового зрителя.
Однако в последнее десятилетие Уилл Смит в целом застрял в депрессивном тупике в смысле работы. Это те эмоционально манипулятивные фильмы, которые пытаются достучаться до зрителей, желающих хорошо поплакать, но при этом рискуют оттолкнуть их от себя. В 2008 году он сыграл главную роль в «Семи жизнях», современной басне о сострадании с одной из самых причудливых сцен самоубийства за последние годы. В вышедшем в прошлом году «Защитнике» он сыграл доктора Беннета Омалу, обнаружившего распространённость ХТЭ среди игроков НФЛ. Даже более незамысловатые боевички, которых зрители стали ожидать от Смита («Я – легенда», «Хэнкок», «После нашей эры», вышедший в этом году и обруганный критиками «Отряд самоубийц»), имеют вкрапления тяжёлых тем, от алкоголизма и депрессии до чистого злодейства и катастрофических поветрий, приводящих к концу света в буквальном смысле.
Как парень, который ввёл в оборот одну из самых буквальных ключевых фраз 1990-х годов, свернул на столь безрадостный путь длиной в десятилетие? Вероятно, эта странная – и, как свидетельствует выход «Призрачной красоты», всё ещё далёкая от завершения – глава карьеры Уилла Смита началась ровно десять лет назад с выходом «В погоне за счастьем». Фильм, в котором также получил свою первую роль в кино его сын, Джейден, повествует о реальной истории Кристофера Гарднера, незадачливого коммивояжёра, который вместе с сыном кое-как переживает отсутствие жилья и расторжение брака, одновременно пытаясь сорвать джекпот американской мечты в качестве биржевого маклера.
Будучи меланхоличной историей о трудностях с претензией на оптимизм, «В погоне за счастьем» отнюдь не так уныл, как другие представители поджанра «грустный Уилли Смит». К примеру, роль Гарднера даёт Смиту возможность задействовать свой неисчерпаемый дар харизмы, работая над материалом, который нередко откровенно мрачный. Этот фильм, ставший блокбастером, вышел за три года до популярного реалити-шоу о предпринимателях «Shark Tank» («Резервуар с акулами» на ABC. Оба эти поп-культурных явления выехали на панике и разорении, последовавших за финансовыми кризисами нулевых в США. Они цинично сняли вину с тех, кто, собственно, довёл страну до бардака, и спросили тех, на кого он повлиял: «Если всё так плохо, то что делаете вы, дабы улучшить собственное положение?»
Неудивительно, что «В погоне за счастьем» также оказался бальзамом на душу для сторонников правых взглядов. В 2009 году (всего через несколько недель после присяги президента Барака Обамы) «The National Review» поставил его на седьмое место в своём списке «Лучшие консервативные фильмы»; при этом председательница Центра равных возможностей Линда Чавес отвратительно пела ему дифирамбы: «[Гарднер и его сын] темнокожие, но расового скрытого смысла или подтекста нет… этот фильм является противоядием к «Уолл-стрит» и другим голливудским диатрибам, которые изображают мир финансов полным исключительно жадности». Это кажется несколько далёким от реальности, но ещё и не так уж далеко от того, что смог сказать о «В погоне за счастьем» сам Смит.
В ноябре 2006 года рекламный тур фильма, помимо прочего, дошёл до Детройта, сразу после того, как в штате Мичиган проголосовали против позитивной дискриминации. Хотя Смит и сказал во время рекламного визита: «Будучи темнокожим американцем, я также на 100 процентов за позитивную дискриминацию», – он также охарактеризовал людей, проголосовавших против этой практики, как «хороших людей с благими намерениями», обсуждая темы фильма в манере, подходившей этим предположительно благонамеренным участникам голосования. «Томас Джефферсон… не говорил, что мы заслуживаем счастья или что его могло бы обеспечить государство. Важна именно погоня, возможность поучаствовать в этой погоне. Именно это делает Америку уникальной».
Если забыть о политике, очевидно, что Смит рассматривал «В погоне за счастьем» как попытку достучаться до «настоящей Америки», заговорить с ней и, возможно, даже изменить её жизнь. Это альтруистичный и одновременно почти мессианский подход, с которым перекликалосьинтервью с «Collider», приуроченное к «Семи жизням»: «Меня внезапно и резко осенило, что я хочу быть чем-то гораздо большим, насколько больше хочу сделать, а также посетила мысль о жизни на службе у человечества и жизни на службе у коммерции своих фильмов… Я хочу, чтобы меня помнили как человека, который заботился о людях и посвятил свою жизнь изменению мира к лучшему».
На шоу «Эллен» в этом месяце Смит заявил, что на исполнение роли в «Призрачной красоте» его вдохновила кончина отца, но нетрудно себе представить, что свою роль также сыграла и та самая задача, возложенная им на самого себя, о которой он рассказывал в связи с «Семью жизнями». Впрочем, даже если эти основания помогут нам прийти к выводу о том, почему он хотел сняться в этом фильме, вполне разумно ожидать другой постановки вопроса в исполнении киноманов, выходящих с сеанса «Призрачной красоты» на этих выходных: как это вообще сняли?
Хотя Уилла Смита и явно тянет к проектам, которые, на первый взгляд, пытаются рассматривать такие возвышенные и одновременно бессмысленные темы, как «человеческое существование», эти же проекты, на первый взгляд, частенько снимаются лишь из-за его участия. Представьте себе «Призрачную красоту», снятую с Крисом Хемсвортом в главной роли – или Майклом Джорданом, Майклом Шэнноном или любым другим преуспевающим актёром, чьё состояние, однако, оценивается менее чем в 250 миллионов долларов. Этого бы не произошло.
А причина этого в том, что Уилл Смит принадлежит к вымирающему виду артистов, тех, которые могут организовать что угодно за счёт одного лишь своего имени – и именно этот престиж, возможно, подпитывает его собственное заблуждение, будто бы подобные фильмы помогают ещё кому-то, кроме него самого. «Мне не нужны кассовые сборы, чтобы быть большим поклонником этого фильма», – заявил онво время интервью на Facebook Live на прошлой неделе, а в контексте коммерческого самоанализа, определившего часть его карьеры, этим заявлением он, возможно, ближе всего подошёл к постижению универсальной истины.
Следите за сообщениями Ларри Фицмориса на Twitter.