FYI.

This story is over 5 years old.

Новости

Сирийская революция - на стенах

Тарек Алгорхани начал проект, посвященный защите прав человека. В его основе - антирежимные граффити на улицах сирийских городов.
7.11.12

Анонимный участник граффити-движения

Когда Тарек Алгорхани вышел из сирийской тюрьмы в июне 2011, он даже не подозревал, что в его стране зреет революция. Причем, причина народных волнений была знакома Тареку не понаслышке - защита неотъемлемых человеческих прав.

В ноябре 2005-го года, Тарек и его 8 друзей запустили сайт Al Domary, на котором размещали мультики и рисунки, критикующие Сирийское правительство и требующие отставки Асада. Очень скоро Al Domary стал одним из популярнейших оппозиционных ресурсов страны. Блоггеры  использовали скрытые IP-адреса и псевдонимы, чтобы скрываться от сирийских секретных служб, но спустя три месяца после запуска сайта, спецслужбы выследили и арестовали одного из админов сайта и тот, под пытками выдал имена своих товарищей. Сайт отключили, компьютеры забрали, все файлы уничтожили. В феврале 2006 блоггеров Al Domary обвинили в измене родины, и каждый получил по 5 лет тюрьмы - кроме Тарека, который сел на 9, потому что был признан администратором сайта.

Реклама

Его отправили в Седная, тюрьму для политических заключенных, где надзиратели устроили ему пыточный марафон. Тарека затолкали в автопокрышку, крутили ее несколько часов, и избивали  так, что потом он буквально не мог ходить. «У нас были заключенные, которых перевели в Седная из Абу-Грейб, - рассказывает Тарек, - так вот они плакали ночами и стонали: «Я хочу вернуться обратно в Абу-Грейб!»

Темные тюремные камеры были настолько грязными, что когда заключенный получал рану, то она моментально инфицировалась — ампутации в лазарете Седная считаются обычным делом. Сбежать из этой тюрьмы невозможно: даже если кто-то доберется до пустыни, то не сможет пройти по ней и мили — вся земля там обильно унавожена минами.

Тарек отсидел пять лет — и до сих пор не понимает, почему его помиловали и отпустили раньше срока. Он вернулся в Дамаск и стал свидетелем начала серии антиправительственных демонстраций. Мысль о тюрьме не помешала ему присоединиться к движению и совсем скоро он стал заниматься агитацией, обучая активистов снимать видео и загружать его на YouTube. Он составлял списки убитых и пропавших, посылал их организациям по защите прав человека, и всячески строил контакты с докторами, которые могли бы оказать медицинскую помощь раненым в уличных столкновениях.

Не прошло и полгода, как Тарек снова в розыске - его имя на всех КПП, а в официальных сводках его называют «врагом государства». В январе он бежал в Тунис и начал там новый проект, посвященный защите прав человека. В основе этого проекта -  антирежимные граффити на улицах сирийских городов. Я позвонила Тареку, что чтобы узнать, как продвигается борьба.

Реклама

Бумажный трафарет с надписью «Мученик Ахмед Ашам»

VICE: Что побудило тебя использовать граффити против режима?
Тарек Алгорхани: Граффити само по себе и подожгло огонь революции в Сирии. Небольшая компания ребят из города Дараа следили за Египетской и Тунисской революциями по телевизору, а потом рисовали баллончиками слоганы «Люди хотят падения режима». Секретная полиция Мукхабарат арестовала их, пытала, вырывала ногти — а в это время по всей стране уже вспыхивали протесты.

Когда революция только начиналась, то людей было мало и полиция легко их разгоняла. Именно тогда и понадобились граффити: даже если бой был проигран, и продолжался недолго — то на стенах все равно появляются знаки того, что сопротивление существуют, что эти люди здесь были. Это как опознавательный знак — революционеры здесь были, и придут еще. Полиции трудно бороться с рисунками, они уже устали — каждый раз, когда они стирают одну надпись, появляется еще дюжина слоганов в другом месте. Какую роль в этом движении играешь лично ты?
Сначала активисты, как и дети из Дараа, просто быстро рисовали фразы «Свобода» или «Падение режима», но это все не работало. Я же захотел добавить в это элемент искусства, чтобы воспеть память тех, кого мы потеряли в своей борьбе. Нашей целью было придать огласке наше неравнодушие. В апреле, я начал загружать видеоинструкции по рисованию граффити на YouTube, и заливать на Facebook рисунки, которые другие могли бы использовать как трафареты.

Реклама

Активисты загружают фотографии своих граффити на мобильники, чтобы избежать использования компьютеров и не дать Сирийской полиции выследить их IP.

Что случится, если Мукхабарат поймает человека, разрисовывающего стены?
В лучшем случае — убьют. А если арестуют, то отправят в тюрьму для политических, где тебя будут пытать и ты умрешь медленно и мучительно.   Умрешь ты в любом случае, но лучше это сделать сразу у стены, чем сходя с ума от пыток.  И как много людей погибло, рисуя граффити?
Они убили Нура Хатема Захра, известного как Аль Рагель Аль Бакехех, или «Spay Man». Он был типа Человека-Паука или Бэтмена. Они убили его в тот момент, когда он рисовал на стене. Люди узнали о его смерти, потому как его семья открыла всем обстоятельства его гибели, а на похоронах заявила: «Наш сын умер за дело». Но не всегда так происходит. Некоторые семьи погибших художников не желают афишировать имена жертв или даже отказываются от похорон. Они боятся, что спецслужбы придут и за ними. По нашим подсчетам, около 15 человек из нашего движения уже мертвы. Я их имена знаю, но раскрывать не собираюсь.

_Сирийские художники пишут слово «Мученики» рядом с портретами погибших революционеров.._

А чего конкретно боятся их семьи?
Семья, хоронящая героя, выглядит как группа гордых и счастливых людей — поэтому силы безопасности видят в ней национальную угрозу. А что с твоей семьей? Что случилось с ней?
Мои родители стали участниками протестов с самого начала, еще когда я сидел в тюрьме. Они все еще в Сирии, я пытаюсь сохранять дистанцию с ними. Я звоню им раз в две недели, но разговоры у нас короткие. Они боятся, потому что знают, что за ними следят. Художники используют исключительно баллончики? 
Есть группа Аль Рагал Аль Дахан, Paint Men – это  художники из Сирии, которые используют настоящие краски и кисти. Они рисуют масштабные фрески - например, большой Сирийский флаг с портретами погибших активистов-мучеников. Конечно, большинство рисует баллончиками — так проще и быстрее, а в деле политического граффити очень важно, чтобы тебя не поймали.  А есть женщины в этом движении?

Реклама

Есть. Ее зовут Аль Мара Аль Бехкана, Spray Women.

Чтобы избежать компрометирующих следов на руках,  граффитчики всегда используют перчатки, но краске все же удается просачиваться.

Время протестов в Египте оказалось очень опасным для женщин. Кое-кто подвергся изнасилованиям. Ты знаешь женщин из вашего движения, которые подверглись этому?

Когда мы берем к себе женщин, мы всегда принимаем самые строгие меры, чтобы оберегать их. Ни одна из женщин нашего общества не стала жертвой домогательств, мы заботимся друг о друге. Мы проявляем опеку над женщинами и вообще заботимся о каждом члене нашего движения. Какое граффити в Сирии тебе больше всего нравится?

Это замок, в который закрыты все руководители сирийских спецслужб. Ты наверняка видела этот рисунок на сотнях домов в Дамаске.

Многие люди, идущие против режима, еще и очень религиозны. Бывает ли так, что изображения на стенах проповедуют религию?

Мы — люди светские, а религия в последнее время стала темой щекотливой. Мы верим в мирное движение и осуждаем применение оружия. Как выглядело граффити в Сирии до революции?

А тогда не было граффити. Были только изображения Асада повсюду - все рисунки на стенах так или иначе пропагандировали правительство и режим.

Как тебе кажется, какую роль будет играть граффити после революции?

Мне кажется, революция продолжится, даже если Башар уйдет и существующий режим падет. Есть еще много всего, чего мы хотим - и я не думаю, что граффити умрет. Люди не будт писать про Асада, но будут писать про все остальное, что им важно - начиная с прав человека, заканчивая социальными вопросами, обязательно будут. И конечно, будут рисовать изображения мучеников — и их никогда не забудут.

Реклама

Фотографии Тарека Алгорхани.

Рекомендуем посмотреть наши документальные фильмы: 

Преступление и наказание в Секторе Газа

Путеводитель VICE по Конго

Рынок оружия в Пакистане