Реклама
Всякое

Как это быть палачом, исполняющим смертные приговоры в Америке?

Точные методы, используемые в тюрьмах для убийства заключенных, обычно держатся в тайне, но мы точно знаем, что команды, готовящие казнь, редко состоят из профессионалов.

от Майк Пирл
27 мая 2015, 4:00am

Камера, где приводят в исполнение смертные приговоры, штат Юта. Фото с ресурса Wikimedia Commons / Flickr пользователя KimChee

Недавно миру представились занятные факты о процессе подбора персонала в монархии Персидского залива, когда правительство Саудовской Аравии разместило объявление о поиске восьми новых палачей на государственную службу. Принятые на работу специалисты будут работать в стране, прямо сейчас переживающей бум смертной казни, где только за этот год казнили 85 человек, по сравнению с 88 во всём 2014, как сообщает Guardian. Палачи будут иметь ранг «религиозных функционеров», и, таким образом, окажутся на нижнем конце правительственной шкалы окладов.

И хотя Саудовская Аравия переживает всплеск в привидения в действие казней, США по-прежнему занимает пятое место в мире по этому показателю. В прошлом месяце, Верховный Суд США заслушал данные о процедуре осуществления смертельных инъекций, в частности в отношении используемых препаратов, а также того может ли их применение является жестоким и необычным наказанием, что запрещено Восьмой Поправкой к Конституции США. Но где же американцы находят палачей, которые вводят эти препараты осужденным? А как насчет тех крайне редких случаев, когда заключенных расстреливают или сажают на электрический стул или в газовую камеру?

«То, что обычно называют «палачом» – это не карьера», – написал мне по электронной почте Франк Томпсон, бывший смотритель процесса осуществления казни из Орегона, который курировал две казни в тюрьме штата Орегон в городе Салем. «Думайте о них как о солдатах», – посоветовал он – «в войне с преступностью», которых «отправили в крошечную комнату, чтобы убить кого-то».

Тем не менее, в эти команды входят люди, у которых есть единственная особая задача, и это выделяет их из остальных. «При казне на электрическом стуле, всегда есть кто-то, кто тянет рубильник», – говорит мне Роберт Данхэм, исполнительный директор Информационного центр по вопросам смертной кары. «При осуществлении смертельной инъекции, есть кто-то, кто нажимает кнопку, которая дает старт выпуску химикатов в кровь. Но никто не несет ответственность за все сразу».

Как утверждает Томпсон, дирижером всего процесса является смотритель тюрьмы, которые «решает кто будет осуществлять действия, связанные с проведением казни». Так что было бы справедливым утверждение, что даже когда есть всего одна кнопка или выключатель – а смертельная инъекция, как правило, гораздо сложнее чем всё это – существуют несколько палачей. Но что мы знаем о них?

По состоянию на прошлый год, по данным организации Матери Джонс, в десяти штатах, в том числе в Оклахоме и Техасе, имеющих наивысшие показатели исполнения смертных приговоров в Америке, были приняты законы, призванные засекретить информацию о процедуре и членах команды, приводящих в действие приговор. В соответствии с законом штата Миссури (если привести лишь только один пример) «идентифицирующие данные членов команды, как определено в протоколах Государственного департамента исполнения наказаний, являются конфиденциальной информацией».

Но такие люди выходят на пенсию, и со временем начинают говорить. Джерри Гивенс, называющий себя «палачом Вирджинии с 1982 по 1999 год», публично рассказывал о процедурах, связанных с исполнением, но ничего не сказал о том, кем были его коллеги и как они получили свои рабочие места. В 2013 году, Гивенс рассказал Guardian, что до того как стать палачом он строил довольно традиционною карьеру офицера исправительного учреждения. Он пояснил, что «команда смерти» работает не только в ночь казни, но и за несколько дней до этого.

Тюрьма «Юнит Уоллс». Фото с ресурса Flickr пользователя Nick DiFonzo

В опубликованном в 2000 году в New York Times материале, Терри Грин, член команды смерти в тюрьме «Юнит Уоллс» в Хантсвилле, Техас, самой загруженной смертными приговорами тюрьмой в Америки, рассказал, что члены команды в этой тюрьме должны быть, по крайней мере, в звании сержантов Государственного департамента исполнения наказаний. Грин входил в группу, отвечающую за привязывание осужденных ремнями к каталке перед исполнением приговора (мы связывались с пенитенциарной службой Хантсвилля чтобы уточнить существует ли такая практика до сих пор). По словам Данхэма, «это особенность Техаса». Он сказал, что никогда не видел ограничений по званию в правилах любого другого штата.

По словам Гивенс, задача команды смерти состоит в «простом поддерживании безопасности в камере смерти». В Вирджинии, заключенных переводят в камеру смерти за 15 дней до даты исполнения приговора. Формируется команда смерти, которая будет круглосуточно обеспечивать безопасность до приведения приговора.

В других тюрьмах, осужденных переводят в специальную камеру, находящуюся рядом с камерой исполнения наказания, где они находятся до даты «большого дня», а параллельно с этим задействуют специальные протоколы безопасности. Данхэм объяснил, что использование Гивенсом термина «безопасность» не означает возрастание опасности побега в преддверии казни, а связано с тем, что ситуация становится все более напряженной. «На разных этапах судебного разбирательства законодательство требует предоставление судебных документов», – говорит Данхэм, среди них и окончательный смертный приговор. С каждым шагом, продолжал он, «задействуются специальные меры безопасности при перевозки заключенного. Сюда входят и безопасность и секретность в отношении времени перевозки», наряду с «ограничениями в отношении того с кем заключенный может разговаривать и какие предметы иметь при себе».

Палачи, как правило, не являются какими-либо специалистами в этой сфере. В интервью Guardian, Гивенс говорил, что его обучение было минимальным. Он был помощником палача в 1982 году, но потом палач заболел и ушел в отставку. «Когда меня попросили это делать, в Вирджинии другого палача не было», – сказал он.

По мнению Данхэм и такой позиции также придерживаются в Информационном центре по вопросам смертной кары*, такой недостаток подготовки характерен не только для лица, осуществляющего фатальное действие, но и для всей команды. «Посколько участие в приведении смертного приговора в действие является неэтичными для врачей, медсестёр, и другого медперсонала, в конечном итоге всё ложится на плечи тюремного персонала», – сказал он. В случае смертельной инъекции, этот процесс включает в себя такие задачи, как нахождение вены для того, чтобы вставить катетер, и измерение дозы препарата.

Присутствие медицинских специалистов на других видах казней тоже редкое явление. Как говорит Данхэм, в случае казни на электрическом стуле, все те, кто ведёт заключенного в комнату, привязывают к стулу и подключают электроды, являются тюремным персоналом, и он же отметил, что «тюремный персонал же и придумал идею использовать резиновую губку для волос», в печально известном случае Джесси Теферо, чьи волосы на голове загорелись во время казни в 1990 году. (По словам Эллен МакГеррехам, сообщившей о казни Теферо, обслуживающий персонал, а не офицеры исправительных работ, покупал роковую синтетическую губку, которая и воспламенилась.)

Отсутствие врачей и медсестер во время казни не очень удивительно – убийство кого-либо, как правило, не сильно одобряется медицинским сообществом. Это нарушает клятву Гиппократа; в Американской медицинской ассоциации заявили, что казни противоречат их кодексу этики, а в Американской ассоциации медицинских сестер сделали аналогичное заявление. Тем не менее, медицинский персонал время от времени присутствует при осуществлении смертельных инъекций, как заявляет Los Angeles Times. Просто приходят туда не всегда самые уважаемые представители этих профессий.

Широкую огласку получила история с запретом врачу по имени Алан Доерхофф присутствовать при казни в тюрьме Миссури в связи с его явной некомпетентностью. Он свидетельствовал в суде, что его невролгия мешала ему читать названия препаратов, и что он путал дозы. Но вскоре Доерхофф нашелся на казни в другом месте. Документы, опубликованные в LA Times в 2007 году показали, что Доерхофф осуществлял контроль при приведении приговора путём смертельной инъекции Тимоти Матвею, осуждённого за подрыв Федерального офиса Оклахома-Сити.

Существует ещё один способ казни: расстрельные команды, которым не требуется химических препаратов или сложных схем, только повязки на глаза и несколько винтовок. И по словам Данхэма, это тот момент, где в дело вступает опыт, потому как команда состоит из квалифицированных стрелков-сотрудников исправительных учреждений, а не просто из парней с пушками желающими поиграть в опасные игры. По этому в США никогда не будет открытого конкурса палачей как в Саудовской Аравии.

Тем не менее существует одна потенциальная возможность стать палачом в штате Юта, по словам Данхэма. «Штат, в котором разрешены смертные казни, уточняет у сотрудников исправительных учреждений есть ли среди них добровольцы», – пояснил он.

В целом получается, что сотрудники исправительных становятся теми, кто в конечном итоге оказываются палачами. От штата к штату, требования, предъявляемые к офицерам исправительных учреждений немного разнятся, но есть идентичные тенденции в тех штатах, где разрешена смертная казнь - Вирджиния, Оклахома, Алабама, Огайо, Флорида, Аризона, и, конечно, Техас: отбор кандидатов и интервью с последующим обучением в течении, как правило, девяти недель. Считается, что чтобы пройти отбор кандидату должно быть около 19 лет, хотя в штате Огайо нет никаких требований по возрасту. Офицерам исправительных учреждений нужен только диплом о среднем образовании или GED сертификат. В штате Вирджиния требуют прохождения физических тестов, таких как спринт на дистанцию в 51-метр. Во всех штатах требуют от заявителей прохождения теста на наркотики. В списке требований штата Техас, доступного онлайн, указывается, что «вы не должны быть осуждены за преступления, связанные с наркотиками».

Что касается оплаты работы палачей, то они получают не так и много. Гивенс рассказал Guardian, что в Вирджинии палачи получают «от $39,000 до $50,000» с премиями. Томпсон подтвердил эти пределы, заметив что «все сотрудники получают такую регулярную оплату, если условия службы или подготовки не требуют оплаты за сверхурочную работу».

Он был хотел предупредить всех, кто желает стать палачом, что у этой профессии есть недостатки. «Все сотрудники, добровольно согласившиеся на такую работу, подвергаются стрессу»,– сказал он, отметив, что посттравматическое стрессовое расстройство может обрушиться на всех членов команды, каким бы косвенным не было их участия. Томпсон также обеспокоен вопросом стигмы. В Индии, палачи считались Чандала или неприкасаемыми – полностью изогнаными из общества. В какой-то степени, он чувствует, что такое отношении существует и сегодня.

«Есть риск, что общество продолжит воспримет «палача» как своего рода наркомана, или пришельца, или человека с принципиально существенными недостатками»,– говорит Томпсон.

Смертная казнь, отметил он, это система, которая делает всех, кто голосует за неё, палачами. По его словам нажатие на кнопку – это «просто одна из многих функций, которые необходимы в процессе убийства».

*Коррекция 2 октября 2017 года. В предыдущей версии этой статьи говорится, что Информационный центр смертной казни выступает против смертной казни, что является неточным. Мы сожалеем об ошибке.

Следите за сообщениями Майка Пирла на Twitter.

Tagged:
Vice Blog
politika
полиция
преступление
смертельная инъекция
сметная казнь
казнь
палачи
как стать палачом
как получить работу палача
работа в тюрьме
офицер исправительного учреждения
кнопкодав
расстрельные бригады
коммендант
преступление и наказание